По решению городского совета от 23 февраля 1967 года в районе Бирштадт одна из улиц была названа в честь врача и профессора университета Герхарда Катча. Герхардт Катч родился 14 мая 1887 года в Берлине в семье драматурга и художника Германна Катча и его жены, драматурга Элизабет Катч, урождённой Бейтнер. С 1893 по 1905 год Катч учился в средней школе и Французской гимназии в Берлине. Затем он изучал биологию, физику и философию в Париже.

С 1906 года Катч изучал медицину в Марбурге и Берлине и в 1912 году защитил докторскую диссертацию в Берлине. В том же году он стал ординатором в городской больнице Гамбурга-Альтона, а в 1914 году — старшим ординатором. После начала Первой мировой войны Катч с августа 1914 года по январь 1917 года и с августа по ноябрь 1918 года проходил военную службу в качестве батальонного врача резерва. В 1917 году по инициативе своего научного наставника Густава фон Бергмана Кач был откомандирован из армии и защитил хабилитационную диссертацию в Марбургском университете.
По окончании Первой мировой войны Катч остался старшим врачом у своего наставника фон Бергмана в Марбурге, а в 1920 году вместе с ним перешел в Университетскую клинику Франкфурта-на-Майне, где был назначен внештатным профессором. В 1926 году Катч был назначен главным врачом медицинской клиники больницы Святого Духа во Франкфурте-на-Майне, а в 1928 году — директором медицинской клиники в Грайфсвальде, а также профессором внутренней медицины Грайфсвальдского университета.

Основным направлением работы и исследований Катча был сахарный диабет. Для более глубокого изучения и лечения сахарного диабета при участии Катча на острове Рюген был основан «Фонд Арндта — дом для диабетиков в Гарце». В 1937 году врач сформулировал в «Гарцских тезисах» метод лечения диабета и положил начало смене парадигмы в характеристике этого заболевания. Катч считал диабет излечимым заболеванием.

В лечении Катч опирался на систему «четырёх столпов»: диета, инсулин, труд и общественная жизнь. Эту концепцию Катч пытался воплотить на практике в своём доме для диабетиков на Рюгене.

После «прихода к власти» национал-социалистов в 1933 году в медицинских кругах развернулась дискуссия о том, следует ли включать диабетиков в национал-социалистическую программу генетического оздоровления и подвергать их стерилизации. В рамках этой дискуссии Катч повторил свои «Гарцские тезисы» и отстаивал позицию, согласно которой диабетики, хотя и являются больными, но их заболевание поддается лечению. Он отвергал массовую стерилизацию, однако не исключал её в отдельных случаях.

Различные речи и доклады показывают, что, несмотря на свои оговорки в отношении общей стерилизации больных диабетом, Кач в целом аргументировал свою позицию в рамках парадигм нацистской расовой гигиены и концепции народного здравоохранения национал-социалистов. В дискуссии о включении диабетиков в процессы принудительной стерилизации Катч в конечном итоге одержал верх. Затронутые этим вопросом лица в целом не подпадали под действие «Закона о предотвращении рождения потомства с наследственными заболеваниями» от 14 июля 1933 года.

В 1937 году Катч стал кандидатом в члены НСДАП, а в 1943 году получил партийный билет. Кроме того, в 1933–1934 годах Катч, будучи членом «Стального шлема — Союза фронтовиков», был переведён в СА, где имел звание обершарфюрера. По всей видимости, Катч также исполнял в СА обязанности штурмбан-врача. Герхардт Катч также был покровительствующим членом СС и Национал-социалистического авиационного корпуса. Покровительствующие члены СС составляли подорганизацию СС, в которую могли вступать даже лица, не являвшиеся членами НСДАП, и которая служила для сбора пожертвований на создание и расширение СС. Уплата финансовых взносов, как правило, производимых ежемесячно, не была связана с прохождением формальной службы в СС. Кроме того, задокументировано его членство в Национал-социалистической народной благотворительной организации, в Рейхском союзе воздушной обороны и в Рейхском колониальном союзе.

В непосредственно послевоенный период, вероятно в 1946 году, Катч в письменном обосновании рассмотрел свои отношения с НСДАП и нацистским режимом. В этом заявлении он подчеркнул, что конфликты с партией возникли из-за того, что он продолжал сотрудничать с еврейским ассистентом, врачом Альфредом Люблином. Кроме того, Кач сообщил о попытках доносительства. В 1935 году ему было предписано в кратчайшие сроки представить справку о происхождении. Кроме того, сохранилось требование рейхс-министра науки, образования и народного просвещения от октября 1938 года о предоставлении свидетельства о происхождении его супруги для дополнения личного дела. В ответ на это Кач направил родословную книжку своей супруги. В партийной переписке по делу Кача также сохранились указания на то, что он действительно подвергался нападкам со стороны коллег из-за своего якобы «неарийского» происхождения. Пауль Росток, уполномоченный по медицинской науке и исследованиям при генеральном комиссаре нацистской Германии по вопросам здравоохранения и медицинского обслуживания, в 1944 году запросил информацию об этом враче-интернисте у нескольких его коллег и в Союзе нацистских преподавателей Университета Грайфсвальда. Причиной этого было намерение поручить Качу заведовать кафедрой в одном из крупных университетов. В конце марта 1944 года руководитель нацистского союза преподавателей в Грайфсвальде Гунтер Шульце в ответ на этот запрос подтвердил, что никаких возражений против Кача не существует.

Нападки или профессиональные преследования не были подтверждены. Соответственно, в 1944 году Катч действительно рассматривался в качестве кандидата на профессорскую должность в одном из крупных университетов. В то же время остается неясным, были ли нападки на Катча со стороны университетского сообщества одной из причин его многократного вступления в нацистские организации.

Кроме того, остается под вопросом, действительно ли предполагаемая помощь, оказанная Катчем своему ассистенту Люблину, стала причиной враждебного отношения со стороны профессорско-преподавательского состава Грайфсвальдского университета. Во всяком случае, в документах того времени нет никаких указаний на активную помощь Люблину.

Начавшаяся Вторая мировая война также повлияла на медицинскую деятельность Катча. Так, в 1940 году он предложил своему декану впредь перенести занятия в крупный военный госпиталь. Это предложение не было принято.

Сам Катч стал консультантом-терапевтом медицинской службы в 2-м военном округе и отвечал за управление резервными госпиталями в Грайфсвальде. В качестве военного врача Катч в ходе войны неоднократно направлялся в зону боевых действий на Балканах и на Украине. После вторжения в Советский Союз в июне 1941 года на Кача были возложены медицинский надзор и обслуживание лагеря военнопленных «Сталаг II C». Кроме того, Катч в качестве консультанта-терапевта тесно сотрудничал с Инспекцией медицинской службы сухопутных войск, в частности с ведущим консультантом-терапевтом этой инспекции Куртом Гутцайтом. В рамках этой деятельности Катч также участвовал в военных исследовательских проектах и принимал участие в конференциях, таких как «Рабочий семинар «Восток»», организованный Армейской санитарной инспекцией в марте 1943 года. На этом совещании Карл Гебхардт и его сотрудник Фриц Фишер представили результаты своих экспериментов с сульфонамидом на умышленно раненных заключённых женского концентрационного лагеря Равенсбрюк. Таким образом, не позднее этого момента Катч был осведомлён о преступных экспериментах на людях в системе немецких концентрационных лагерей.

В Грейфсвальдской медицинской клинике Кач вместе со своим старшим врачом Мартином Гульцовым с ноября 1941 года лично проводил так называемые «эксперименты по откормке» над советскими военнопленными из приписанного ему лагеря для военнопленных. Эти эксперименты должны были служить изучению нарушений обмена веществ, возникавших вследствие недоедания.

Эти эксперименты были проведены на 16 военнопленных. Трое военнопленных скончались, тринадцать выздоровели. Несколько из этих выздоровевших военнопленных после лечения были задействованы в качестве принудительной рабочей силы в клинике в Грайфсвальде и в сельском хозяйстве. В ходе этих экспериментов Герхардт Катч преследовал не только цель спасения человеческих жизней, но и получение данных в области диетологии. Они представляли косвенный интерес для Вермахта и военной медицины и считались важными с точки зрения военной экономики.

Когда в конце войны Красная Армия наступала на Грайфсвальд, Катч входил в состав семичленной немецкой делегации по капитуляции, которая в Анкламе вела переговоры о безоружной капитуляции города Грайфсвальда. Катч описал эти события в собственном отчёте, составленном после 1945 года. Какую именно роль он сыграл при сдаче города, остаётся неясным. В любом случае, участие высокопоставленного медицинского офицера в одном из многочисленных децентрализованных переговоров о капитуляции формирований и подразделений Вермахта, проходивших в последние дни «Третьего рейха», отнюдь не было чем-то необычным. Основные описания послевоенного периода, в частности, драматическое изложение предполагаемой опасности для собственной жизни, в значительной степени принадлежат самому Катчу. Фотографии подтверждают его присутствие на переговорах с Красной Армией, однако точно установить, какую именно роль Катч играл в этих переговорах, уже невозможно.

Известно наверняка, что Кач сам неоднократно поднимал тему своего участия в капитуляции Грайфсвальда и в конце концов в 1952 году был удостоен звания почетного гражданина Грайфсвальда. В Германской Демократической Республике Катч смог продолжить свои исследования и пользовался активной поддержкой. Он написал множество исследований, руководил несколькими сотнями диссертаций и габилитационных работ, получал дополнительные оклады и компенсации за командировочные расходы, а также выезжал за границу для выступлений с докладами и участия в конгрессах. В 1952 году он получил Национальную премию ГДР, в 1953 году Катч стал действительным членом Немецкой академии наук, а в 1954 году был назначен ректором Грайфсвальдского университета. Эту должность он занимал до 1957 года. В 1955 году он был принят в Леопольдину.

Кач неоднократно выступал в качестве председателя немецкого конгресса врачей-терапевтов (Открывается в новой вкладке) в Висбадене, а в 1953 году стал председателем Немецкого общества внутренней медицины, которое до 1959 года действовало как общегерманская ассоциация. Кроме того, Кач был удостоен многочисленных наград. В 1951 году в ГДР ему было присвоено почетное звание «Заслуженный врач народа». В 1953 году Университет Грайфсвальда присвоил ему звание почетного сенатора. В 1956 году ему было присвоено звание «Выдающийся ученый народа». Год спустя Грейфсвальдский университет присвоил ему звание почетного доктора и наградил почетной цепью университета. Он скончался 7 марта 1961 года в Грейфсвальде.

С середины 1990-х годов ведётся острая дискуссия о роли Герхарда Катча во времена «Третьего рейха». Ещё в 1994 году во время Дня диабетика в Берлине состоялась демонстрация против дальнейшего присуждения Немецким обществом диабета медали имени Герхарда Катча, учреждённой в 1979 году. В 2001 году диабетолог Михаэль Бергер отказался от награждения медалью имени Герхарда Катча. Бергер не только подверг критике роль Катча в «Третьем рейхе», но и призвал к более реалистичной оценке вклада Катча в немецкие исследования в области диабета. Критика Бергера привела к созыву Исторической комиссии Немецким обществом диабета.
Комиссия, состоявшая исключительно из медиков, оценивала в первую очередь медицинские заслуги Катча. Однако в вопросе о его отношении к национал-социализму и его политике в области здравоохранения экспертное заключение следовало за заявлениями самого Катча, сделанными в послевоенный период. Сначала это заключение не имело непосредственных последствий. Медаль имени Герхарда Катча была переименована в Почетную медаль Немецкого общества диабета при вручении в 2023 году, поскольку, как установило Немецкое общество диабета, новейшие исследования по истории медицины показали, что теперь нельзя исключать, что Катч в период национал-социализма действовал неэтично.

Историческая экспертная комиссия, созданная по решению городского совета в 2020 году для проверки транспортных объектов, зданий и учреждений столицы земли Висбадена, названных в честь конкретных лиц, рекомендовала переименовать улицу Герхарда Катча в связи с членством Катча в различных национал-социалистических организациях (НСДАП, СА, почетный член СС, почетный член НСФК, НСВ, РКБ, РЛСБ). Кроме того, он занимал должности в СА в звании обершарфюрера и штурмбан-арста, тем самым активно выступая в поддержку национал-социалистического государства. До 1933 года он, будучи членом «Стального шлема — Союза фронтовых солдат», участвовал в деятельности националистической группы «Фёлькиш». В своих публикациях и выступлениях Кач открыто проповедовал национал-социалистическую идеологию, поддерживая политику здравоохранения и расовую гигиену нацистского режима. Тем самым он публично заявил о своей приверженности национал-социализму.

Кроме того, в июне 1941 года Качу было поручено медицинское наблюдение и обслуживание лагеря военнопленных «Сталаг II C». В рамках этой деятельности с ноября 1941 года он проводил так называемые «эксперименты по откормке» на 16 советских военнопленных. По этим причинам Катч был причастен к умышленному причинению вреда другим людям в период с 1933 по 1945 год.

Компетентный местный совет Висбадена-Бирштадта последовал рекомендации Исторической экспертной комиссии и 25 апреля 2024 года принял решение о переименовании улицы в улицу Анны фон Демминг. Переименование было осуществлено постановлением магистрата от 5 мая 2026 года.