По решению магистрата столицы земли Висбадена и Министерства культуры Гессена в 1957 году средняя школа на Бозеплац была названа в честь писателя и драматурга Герхарта Гауптмана. Из-за общей нехватки помещений, которая особенно затронула средние школы Висбадена, в 1961 году некоторые классы школы имени Герхарта Гауптмана переехали в здание школы имени Фридриха Листа, которое тогда ещё находилось на улице Мантойфельштрассе. После переезда этой школы в новое здание на улице Вельфенштрассе школа имени Герхарта Гауптмана была полностью перенесена на улицу Мантойфельштрассе. Там она находится и по сей день.

Герхарт Гауптман родился 15 ноября 1862 года в силезском Бад-Зальцбрунне в семье владельца гостиницы. После окончания деревенской школы он перешёл в реальную школу в Бреслау, а затем получил образование в области сельского хозяйства. В период с 1880 по 1882 год Хауптманн посещал школу искусств и ремесел в Бреслау, чтобы получить образование скульптора.

Однако он бросил это обучение, как и последующие занятия в Йене, Дрездене и Берлине, где Хауптманн изучал философию, историю литературы, историю и рисование. В 1883–1884 годах он поселился в Риме, работая скульптором. Однако его творчество не принесло коммерческого успеха.

С 1889 года будущий лауреат Нобелевской премии по литературе начал писать драмы. В 1892 году вышла пьеса «Ткачи». Эта пьеса, посвящённая силезскому восстанию ткачей 1844 года, принесла Хауптману всемирную известность в последующие десятилетия. Он написал ещё несколько социально-критических драм. К началу XX века Хауптман уже был удостоен многочисленных наград: он получил почетные докторские степени Оксфордского (1905), Лейпцигского (1909) и Пражского (1921) университетов, а позднее — Колумбийского университета в Нью-Йорке (1932). В 1912 году Гауптманн получил Нобелевскую премию по литературе.

Хауптманн скептически относился к империи и Вильгельму II; ему всегда было важно считаться аполитичным художником. В политическом плане Хауптманн был проникнут культурным национализмом, в котором «немецкая нация» играла центральную роль. В 1905 году Хауптманн вступил в Общество расовой гигиены, основанное Альфредом Пётцем. Это общество стремилось обосновать и утвердить «расовую гигиену» как науку. Хауптмана с Поетцем связывала дружба юности. Исторические исследования, проведенные на основе анализа дневников и переписки Хауптмана, позволили установить, что в начале 1930-х годов его отношения с Поетцем охладели, и драматург идеологически отдалился от своего друга юности.

Хауптманн приветствовал Первую мировую войну и публиковал военные стихи, такие как «Пойдем, умрем». Кроме того, Хауптманн одобрял экспансионистскую политику Германии и не признавал вину Германии за развязывание войны.

После окончания Первой мировой войны и с началом Веймарской республики у Гауптмана прослеживалась быстрая адаптация к новым политическим условиям. В 1918 году он высказался в поддержку республики, но отклонил обращенную к нему просьбу выдвинуть свою кандидатуру на пост президента Рейха.

После «прихода к власти» национал-социалистов в 1933 году Гауптман вновь проявил готовность быстро приспособиться к новым политическим реалиям. В марте он подписал декларацию членов Секции поэзии Прусской академии искусств, в которой они заявляли о своей лояльности новому правительству. По случаю 1 мая 1933 года, который национал-социалисты объявили праздником, Хауптманн приказал поднять флаг со свастикой на своей усадьбе на острове Хиддензее. В октябре 1933 года он поддержал выход Германии из Лиги Наций.

Впоследствии Хауптманн также проявлял восторг по поводу Гитлера, которого на пике военных успехов Вермахта он называл «мировым гением».
Писатель был также убеждён в правильности программного трактата Гитлера «Моя борьба», хотя и снабдил книгу критическими примечаниями. Сожжение книг, проводимое национал-социалистами, Хауптманн считал глупостью. Его присутствие на открытии Рейхской палаты культуры в ноябре 1933 года также было расценено как открытое проявление лояльности по отношению к режиму. Однако он не подписал «Клятву верности Гитлеру немецких писателей». Публичным проявлениям лояльности Гауптмана и его восхищению Гитлером противоречило его критическое отношение к нацистской культурной и расовой политике. Нацистский режим также относился к драматургу неоднозначно. В 1933 году улицы и школы, носивших его имя, были переименованы. Пьеса Гауптмана «Золотая арфа» была поставлена в «День немецкого искусства» по желанию Гитлера и включена в программу режима. Другие пьесы Гауптмана, тем временем, запретили ставить.

В 1944 году Гауптман был включён в специальный список, так называемый «Список одарённых Богом», составленный Министерством пропаганды Рейха. Этот список содержал имена немецких художников и художниц, которые имели большое значение для нацистского режима, и ставил их под защиту. Например, они были освобождены от военной службы.
Хауптманн высказывался о еврействе неоднозначно. С одной стороны, у него было множество знакомых и друзей-евреев, которые тщетно убеждали его эмигрировать. Некоторые из его друзей даже порвали с Хауптманном из-за его близости к национал-социалистам.

В частной беседе Хауптманн осуждал расовые законы, принятые летом 1935 года. Также введенная национал-социалистами концепция «жизни, не заслуживающей жизни», и основанные на ней «акции эвтаназии» нацистского режима встретили у Хауптмана неприятие. Однако этого неприятия было недостаточно для публичного выступления. Хауптманн скорее пытался не обращать внимания на условия жизни преследуемых, в особенности еврейского населения. Введение «еврейской звезды» в сентябре 1941 года вызвало у Хауптманна возмущение.

Вопрос о том, оказывал ли Хауптман финансовую поддержку своим знакомым и друзьям-евреям, является предметом острых споров в научных кругах. Драмы, написанные Хауптманом в период с 1933 по 1945 год, отличаются значительной политической дистанцией. Исключением является произведение «Тьма». С одной стороны, в нём с сочувствием описывались судьбы евреев, с другой — Хауптманн использовал антиеврейские стереотипы. Пьеса не была опубликована, а оригинал был уничтожен в 1942 году из страха быть обнаруженным. Хауптманн публично поддерживал экспансионистскую политику национал-социалистов в различных речах и радиообращениях в период с 1936 по 1942 год.

Таким образом, в целом Хауптманн сохранял амбивалентное отношение к национал-социализму, однако ни публично не порвал с системой, ни не использовал свою международную известность и репутацию лауреата Нобелевской премии для однозначного дистанцирования.

После краха «Третьего рейха» у Гауптмана в последний раз представилась возможность приветствовать новые политические условия. В октябре 1945 года в его силезском доме в Агнетендорфе его посетил Йоханнес Р. Бехер, президент Культурного союза за демократическое обновление Германии. Бехер хотел попросить Хауптмана о помощи в восстановлении культурной жизни в советской оккупационной зоне. Хауптманн согласился занять пост почетного председателя этого союза. Незадолго до отъезда из Силезии Хауптманн скончался 6 июня 1946 года.

Историческая экспертная комиссия, созданная в 2020 году по решению городского совета для пересмотра названий транспортных объектов, зданий и учреждений столицы земли Висбадена, присвоенных в честь конкретных лиц, рекомендовала переименовать школу имени Герхарта-Хауптманна в связи с тем, что Хауптманн подписал реверс членов Секции поэзии Прусской академии искусств, чем фактически поддержал нацистский режим и открыто выразил приверженность национал-социализму как политическому движению и нацистскому государству. Путем публичных проявлений лояльности Хауптманн выражал национал-социалистическую идеологию. Кроме того, в силу своей профессиональной деятельности он был членом Рейхской палаты культуры, а ещё до 1933 года, будучи членом Общества расовой гигиены, участвовал в деятельности националистической группы «Фёлькиш».

Историческая экспертная комиссия сформулировала данную рекомендацию с учётом того, что речь идёт о школьном учреждении. Кроме того, рекомендуется вовлечь школу в возможный процесс переименования.

24 апреля 2025 года компетентный местный совет района Висбаден-Райнгауфиртель/Холлерборн, вопреки рекомендации Исторической экспертной комиссии, принял решение о контекстуализации названия школы. Это решение было подтверждено постановлением магистрата от 24 марта 2026 года.